Курсові » Право

Следователь

Повний текст роботи з малюнками та таблицями доступний при скачуванні. Скачати
Дата введення: 2015-09-30       38 ст.

Содержание:

Введение. 3

Глава 1. Понятие следователя как стороны обвинения в уголовном судопроизводстве. 4

Глава 2. Полномочия следователя и его процессуальная самостоятельность 7

Глава 3. Контроль и надзор за процессуальной деятельностью следователя 22

Заключение. 36

Список использованных источников. 38


Введение

Вступивший в силу с 1 июля 2002 г. УПК РФ ввел новые институты уголовного процесса, а существовавшие ранее получили принципиально новое звучание для российского правоприменителя (не стало это исключением для досудебного производства по уголовному делу). Отказ от репрессивной юстиции, построение судопроизводства на основе состязательности сторон, решительное усиление процессуальных гарантий прав обвиняемого и подозреваемого, усиление роли суда на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования привели к появлению принципиально новой процессуальной регламентации досудебного производства по уголовному делу с ярко выраженной направленностью на защиту интересов личности.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ обозначил новые вехи в реализации судебной власти в уголовном судопроизводстве, усилив судебно-контрольные гарантии в обеспечении прав участников процесса в досудебном производстве.

Основополагающей фигурой на стадии досудебного производства при проведении предварительного следствия является следователь, в отношении которого действует принцип процессуальной самостоятельности. Однако, учитывая вышесказанное действующий уголовно-процессуальный закон существенно ущемил указанный принцип. В частности при производстве предварительного расследования следователю при решении определенных процессуальных вопросов необходимо тесно взаимодействовать с судом в форме получения разрешения на то или иной процессуальное действие. А суд в отношении деятельности следователя осуществляет судебный контроль.

Целью настоящей работы является изучение статуса следователя как участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения.

Задачи работы: определить понятие следователя, его полномочия и процессуальную самостоятельность, изучить проблему судебного контроля за деятельностью следователя.

Глава 1. Понятие следователя как стороны обвинения в уголовном судопроизводстве

Как известно, в зависимости от того, в какой форме производится предварительное расследование, оно осуществляется или органом предварительного следствия, или органом дознания. Причем иногда говорят: следствие ведется таким-то следственным подразделением (следственным отделением, отделом, управлением) такого-то правоохранительного органа (например, райотдела, горотдела внутренних дел, управления внутренних дел, МВД республики), а то и просто - таким-то правоохранительным органом, в (при) структуре которого функционирует данное следственное подразделение (например, Главным управлением внутренних дел города Москвы). Это неверно. Субъектом процессуальных правоотношений, обладающим всей полнотой правомочий на расследование данного уголовного дела в данной форме, является следователь - "должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по у

головному делу, а также иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом" (п. 41 ст. 5 УПК РФ)[1]. Подобно судье, процессуально самостоятельный следователь несет полную единоличную ответственность за выбор направления досудебного производства по уголовному делу, находящемуся в его производстве, и за принимаемые процессуальные решения: ни следственное подразделение, в состав которого он входит, ни тем более правоохранительный орган, в структуру которого входит данное подразделение, субъектом уголовно-процессуальных правоотношений по конкретному уголовному делу не являются, и участниками судопроизводства обжалуются действия не следственного подразделения и не правоохранительного органа, а следователя.

Следователь - особо уполномоченное государством должностное лицо прокуратуры, органов федеральной службы безопасности, органов внутренних дел, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, которое призвано в пределах своей компетенции осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, а также иные полномочия, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством (п. 41 ст. 5 УПК).

Следователь, будучи названным в законе (ч. 1 ст. 21 УПК РФ) органом уголовного преследования, осуществляет следующие функции.

1. Исследование фактических обстоятельств уголовного дела (дела о преступлении), которое выражается в уголовно-процессуальном доказывании (установлении), а также логическом обосновании обстоятельств, образующих предмет доказывания по каждому уголовному делу (ст. 73 УПК РФ), по отдельности и в их совокупности.

2. Уголовное преследование, которое выражается в выдвижении, формулировании и обосновании первоначального подозрения и обвинения, привлечении лица к участию в уголовном деле в качестве подозреваемого и обвиняемого, изменении обвинения при наличии к тому законных оснований, составлении обвинительного заключения и направлении уголовного дела прокурору для последующего направления в суд.

3. Разрешение уголовного дела или обвинения по существу, которое выражается в прекращении уголовного дела или уголовного преследования в отношении отдельного лица по основаниям, тождественным основаниям оправдательного приговора, т.е. за отсутствием события преступления, за отсутствием состава преступления и ввиду непричастности подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

Следователь участвует также в осуществлении функции защиты, что выражается в добывании по ходатайствам стороны защиты оправдательных доказательств, полностью опровергающих предъявленное обвинение, например, подтверждающих алиби обвиняемого или наличие обстоятельства, исключающего преступность и наказуемость деяния (необходимой обороны, крайней необходимости и др. - ст. 37 - 42 УК РФ), обстоятельств, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, или, по крайней мере, обстоятельств, смягчающих уголовное наказание (ст. 61, 75, 76 и др. УК РФ).

Особого рассмотрения заслуживает право следователя прекращать уголовные дела и уголовное преследование по нереабилитирующим основаниям, а именно: за истечением сроков давности, в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, при отсутствии заявления потерпевшего, наличии акта амнистии, в связи с примирением сторон, в связи с деятельным раскаянием и некоторым другим (п. 3 - 6 ч. 1 ст. 24, ст. 25, п. 3 - 5 ч. 1 ст. 27, ст. 28 УПК РФ). Специфика такого прекращения заключается в том, что оно производится или в условиях, когда вопрос о виновности лица остается вообще не решенным, или даже решается с положительным выводом о виновности обвиняемого в совершении определенного преступления, как это имеет место при прекращении уголовного дела и уголовного преследования, за примирением сторон и в связи с деятельным раскаянием.

Это право является особенно важной характеристикой многогранной и многофункциональной деятельности современного российского следователя, который не только устанавливает фактические обстоятельства дела, осуществляет уголовное преследование, но и участвует в осуществлении прямо противоположной процессуальной функции - защиты, а еще и разрешает уголовное дело по существу путем его прекращения с реабилитацией обвиняемого и даже (с согласия руководителя следственного органа) с выводом о виновности обвиняемого в совершении инкриминируемого преступления.

Глава 2. Полномочия следователя и его процессуальная самостоятельность

Все следователи пользуются при расследовании преступлений равными процессуальными правами и несут одинаковые процессуальные обязанности независимо от их ведомственной принадлежности. Уже давно у нас в стране обсуждается вопрос о создании единого следственного аппарата, который объединил бы "под одной крышей" всех следователей независимо от их ведомственной принадлежности .

Для решения задач, которые должны решаться в ходе предварительного расследования дел, следователям предоставлены сравнительно широкие процессуальные полномочия (ч. 2 ст. 38 УПК):

- возбуждать уголовные дела;

- принимать их к своему производству или передавать прокурору для направления по подследственности;

- самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий (кроме случаев, когда необходимо получение судебного решения и (или) санкции прокурора);

- давать органам дознания обязательные для исполнения письменные поручения о производстве отдельных следственных действий, оперативно-розыскных мероприятий, об исполнении постановлений и производстве иных процессуальных действий;

- осуществлять иные полномочия, предусмотренные законом.

В то же время необходимо отметить, что объем процессуальных полномочий и процессуальное положение следователя не зависят от ведомственной принадлежности последнего, они равнозначны для всех следователей всех органов предварительного следствия и определяются уголовно-процессуальным законом Российской Федерации. Независимо от ведомственной принадлежности каждый следователь обязан руководствоваться предписаниями законодателя (ст. 2 УПК РФ) о содержании и направлениях его деятельности. Он должен быстро и полно расследовать каждое преступление, установить лицо (лиц), его совершивших, в установленном законом порядке доказать их вину, обеспечить правильное применение закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден. В обязанности следователя входит также принятие мер к обеспечению возмещения причиненного преступлением ущерба и возможной конфискации имущества. Следователь должен принять меры процессуального характера к пресечению преступной деятельности лиц, привлеченных к уголовной ответственности, и лиц, причастных к расследуемому преступлению[2].

Следователь, независимо от его принадлежности к какому-либо государственному органу, осуществляет функции государственного принуждения, его долг заключается в охране интересов государства, прав и законных интересов граждан. Он должен подходить к расследованию каждого уголовного дела с позиции государственных интересов, а не узкого профессионализма (последнее часто наблюдается на практике) .

Для уяснения правовой основы деятельности следователя большое значение имеет анализ сущности и принципов предварительного следствия, процессуального положения следователя, механизма уголовно-процессуального регулирования, предшествующего судебному разбирательству уголовных дел, в целом.

При производстве предварительного следствия следователь процессуально самостоятелен. Это проявляется не только в том, что он может сам направлять ход расследования, но и в том, что ему дано право в случае несогласия с требованиями прокурора об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного следствия, предоставить свои письменные возражения руководителю следственного органа, который информирует об этом прокурора (ч. 3 ст. 38 УПК РФ в редакции ФЗ от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ).

Для решения возложенных на него задач (расследовать преступление, изобличить виновного, не допустить привлечения в качестве подозреваемого, обвиняемого невиновного и др.) следователь наделен значительными властными полномочиями:

- по собиранию доказательств (вызов и допрос свидетелей, потерпевших и других лиц, назначение экспертизы, производство обысков, выемок, осмотров, освидетельствований, совершение других предусмотренных законом действий);

- по принятию решений, например, о привлечении в качестве обвиняемого, о признании потерпевшим, об окончании предварительного следствия (как правило, следователь составляет обвинительное заключение или прекращает уголовное дело).

Наделенный значительными полномочиями, многие из которых могут осуществляться принудительно, существенно затрагивая личность, ее права и законные интересы, следователь обязан действовать на началах строжайшей законности, уважения личности, гуманности.

Процессуальная самостоятельность следователя выражается и в его праве давать органам дознания письменные указания о производстве оперативно-розыскных и иных действий по конкретному делу, находящемуся в его производстве.[3].

Постановления следователя, вынесенные в соответствии с законом по находящимся в его производстве делам, обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами, которым они адресованы.

При решении вопроса о том, следователь какого ведомства осуществляет предварительное расследование по тому или иному уголовному делу необходимо применять правила о подследственности (ст. 151 УПК РФ).

Под подследственностью понимается совокупность признаков уголовного дела, в зависимости от которых расследование данного преступления относится к компетенции того или иного органа предварительного следствия или дознания. Действующий уголовно-процессуальный закон дает основания для выделения следующих признаков подследственности: предметный (родовой); альтернативный (смешанный); персональный и территориальный.

Предметный признак выражается в том, что подследственность уголовного дела определяется в зависимости от состава расследуемого преступления, иначе говоря, от его квалификации по соответствующей статье Особенной части Уголовного кодекса. По этому признаку следователям Следственного комитета при прокуратуре РФ подследственны дела об убийстве, причинении смерти по неосторожности и доведении до самоубийства (ст. ст. 105 - 107 УК), об умышленном причинении вреда здоровью, повлекшем смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК), а также о некоторых других преступлениях против здоровья, свободы личности, о некоторых половых преступлениях, в частности об изнасиловании, обо всех преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (ст. ст. 136 - 149 УК); о некоторых преступлениях в сфере экономики, о некоторых преступлениях против общественной безопасности, в частности о бандитизме (ст. 209 УК); о некоторых преступлениях против здоровья населения и общественной нравственности, о большинстве экологических преступлений, о некоторых преступлениях против безопасности движения и эксплуатации транспорта, о некоторых преступлениях против основ конституционного строя и безопасности государства (ст. 282 УК), обо всех преступлениях против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (ст. ст. 285 - 293 УК), которые обычно называются должностными и среди которых наиболее распространенным является взяточничество; о большинстве преступлений против правосудия, против порядка управления, обо всех преступлениях против военной службы (ст. ст. 332 - 352 УК), а также о большинстве преступлений против мира и безопасности человечества (ст. ст. 356 - 360 УК).

Другой признак, по которому определяется подследственность, называется персональным. Он выражается в указании закона на специфику субъекта преступления. По этому признаку следователям Следственного комитета при прокуратуре РФ подследственны:

а) уголовные дела о преступлениях, совершенных категориями лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам, - членами Совета Федерации, депутатами Государственной Думы, Федерального Собрания Российской Федерации, депутатами законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ, депутатами, членами выборного органа местного самоуправления, выборными должностными лицами органов местного самоуправления, судьями, прокурорами, адвокатами, членами избирательных комиссий и комиссий референдума;

б) уголовные дела о преступлениях, совершенных должностными лицами органов федеральной службы безопасности, Службы внешней разведки РФ, Федеральной службы охраны РФ, органов внутренних дел РФ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы Федеральной службы исполнения наказаний, таможенных органов, военнослужащими, т.е. лицами, которые по призыву или по контракту проходят военную службу; гражданами, проходящими военные сборы, лицами гражданского персонала Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей или совершенных в расположении части, соединения, учреждения, гарнизона. Последнее также указывает еще на один признак подследственности следователей Следственного комитета при прокуратуре РФ - территориальный;

в) уголовные дела о преступлениях, совершенных в отношении военнослужащих и других лиц, перечисленных в предыдущем разделе комментария. Этот признак подследственности также можно назвать персональным; только он заключается не в специфике субъекта преступления, а в специфике служебного положения потерпевшего.

Предметным признаком всецело определяется подследственность следователей органов федеральной службы безопасности (п. 2 ч. 2 ст. 151 УПК РФ). Они расследуют уголовные дела о некоторых преступлениях в сфере экономики, о некоторых преступлениях против общественной безопасности и терроризме (ст. 205 УК), о большинстве преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства, среди которых государственная измена, шпионаж и др. (ст. ст. 275 - 281, 283 и 284 УК); о некоторых преступлениях против порядка управления, связанных с Государственной границей Российской Федерации (ст. ст. 322 и 323 УК), а также против мира и безопасности человечества (ст. ст. 353 - 355 и 359 УК).

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 151 УК ПФ подавляющее большинство уголовных дел о преступлениях, обособленных также по предметному признаку, т.е. по составу преступления, относятся к подследственности следователей самого многочисленного следственного аппарата при органах внутренних дел. Это прежде всего наиболее распространенные преступления против здоровья, против собственности, преступления, совершенные в сфере экономики, преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях, ряд преступлений против общественной безопасности, общественного порядка и порядка управления.

Предметным признаком определяется и подследственность следователей органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ. Согласно п. 5 ч. 2 ст. 151 УПК они производят расследование по уголовным делам о контрабанде (ч. ч. 2 - 4 ст. 188 УК - в части, касающейся контрабанды наркотических средств и психотропных веществ), незаконном изготовлении, приобретении, хранении, перевозке, пересылке либо сбыте наркотических средств или психотропных веществ (ч. ч. 2 - 4 ст. 228 УК), хищении либо вымогательстве наркотических средств или психотропных веществ (ст. 229 УК), склонении к потреблению наркотических средств или психотропных веществ (ч. ч. 2, 3 ст. 230 УК), незаконном культивировании запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества (ч. 2 ст. 231 УК), организации либо содержании притонов для потребления наркотических средств или психотропных веществ (ч. 2 ст. 232 УК) и незаконном обороте сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта (ч. ч. 2, 3 ст. 234 УК).

В зависимости от должности следователи подразделяются на следователей, старших следователей, следователей по особо важным делам и старших следователей по особо важным делам.

Для расследования сложных, многоэпизодных преступлений или преступлений с большим количеством фигурантов по постановлению руководителя следственного органа могут создаваться следственные группы (ч. 2 ст. 163 УПК РФ).

При производстве предварительного следствия все решения о производстве конкретных следственных действий следователь принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение санкции руководителя следственного органа и согласия суда. При этом следователь несет большую ответственность за законное, обоснованное и своевременное проведение указанных действий. Важно отметить императивный характер решений следователя: каких бы вопросов они ни касались, они обязательны для исполнения всеми предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами.

Следует отметить, что Федеральным законом от 05.06.2007 N 87-ФЗ несколько измены положения, касающиеся процессуальной самостоятельности следователя. В частности, согласно действующей редакции ст. 38 УПК РФ в случае несогласия следователя с решениями прокурора следователь не может приостановить их исполнения, что предусматривалось в отношении отдельных решений законом в прежней редакции.

Правом вмешательства в процессуальную деятельность следователя обладает руководитель следственного органа путем дачи ему письменных указаний по вопросам производства предварительного следствия (п. 3 ч. 1ст. 39 УПК РФ). В то же время следователю предоставлено право отстаивать свое мнение по основным вопросам производства по делу (ч.3 ст.39 УПК РФ), и при этом высказывать свои возражения[4].

Следователь осуществляет государственно-правовую функцию расследования преступлений. Для ее понимания, осуществления и совершенствования важно исследование сущности принципа процессуальной самостоятельности следователя как субъекта расследования. Следователь является основным субъектом расследования потому, что он самостоятельно производит основное количество следственных и иных процессуальных действий[5].

Уголовно-процессуальное законодательство устанавливает необходимые гарантии законности и обоснованности принимаемых следователем процессуальных решений. К таким гарантиям относятся закрепленные в действующих нормах принципы уголовного процесса: законности, всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, презумпция невиновности, обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту, язык, на котором ведется предварительное расследование и другие.

Принципы уголовного процесса — это вытекающие из природы Российского государства, теоретически обоснованные и законодательно закрепленные основные правовые положения, которые выражают демократическую и гуманистическую сущность уголовного процесса, определяют построение всех его процессуальных форм, стадий и институтов и направляют уголовно-процессуальную деятельность на достижение задач и целей, поставленных государством перед уголовным судопроизводством в целом и стадии предварительного расследования в частности[6].

Все они составляют единую систему, ибо в своем осуществлении взаимосвязаны и взаимообусловлены. Эта взаимосвязь проявляется в любом действии, при вынесении любого процессуального решения следователя. Каждый принцип есть вместе с тем условие обеспечения эффективности других принципов и всего процесса в целом.

В юридической литературе высказаны суждения об отнесении к основополагающим руководящим началам, имеющий нормативно-правовой характер в уголовном судопроизводстве принцип процессуальной самостоятельности следователя, закрепленный в ст. 38 УПК РФ. Тем самым подчеркивается определенная значимость данного принципа для дальнейшего укрепления законности и улучшения всей следственной работы.

Принцип процессуальной самостоятельности следователя представляет реальную гарантию законности и обоснованности процессуальных решений следователя, поскольку дает ему возможность в пределах установленной законодательством компетенции вполне самостоятельно формулировать выводы и суждения на основе проверенных достоверных доказательств. Презюмируется при этом, что никто лучше следователя, в чьем производстве находится дело, и кто лично непосредственно вникает в сущность исследуемых обстоятельств, не может оценить доказательства в их совокупности и принять наиболее оптимальные и верные и рациональные решения по каждому возникающему правовому вопросу[7].

Это — одна из важнейших сторон рассматриваемой проблемы.

Необходимо, далее, учитывать, что положение о процессуальной самостоятельности следователя относится к принципам так же, как применительно к судебной деятельности к ним относится независимость судей, присяжных заседателей и подчинение их только закону; оба они выражают одинаковую сущность процессуальной деятельности ее участников — государственных органов.

Недостаточно четкой представляется в связи с этим трактовка процессуальной самостоятельности следователя не как принципа уголовного процесса, а лишь как условия осуществления независимости судей и их подчинения только Конституции и федеральному закону или как положения, ограждающего внутреннее убеждение следователя[8]. Несомненна, конечно, связь между указанными принципами, так же как их самостоятельное значение; термины «независимость» и «самостоятельность» могут в данном случае рассматриваться как синонимы при определении сущности процессуальной деятельности следователей и судей. Конечно, процессуальная самостоятельность и независимость следователя и независимость судей — понятия отнюдь не тождественные[9]. Если следственная деятельность осуществляется под постоянным контролем руководителя следственного органа, который вправе давать следователю обязательные письменные указания по расследуемому им делу, то судьям такого рода указания никто давать не может. Сущность процессуальной деятельности, в основе которой лежат принципы процессуальной самостоятельности участников процесса - государственных органов неизменна, но условия их осуществления различны.

Следователь в уголовном процессе, независимо от ведомства, в котором он состоит — это наделенный широкими полномочиями деятель российской юстиции, выполняющий важные государственные функции — уголовное преследование, изобличение лиц, совершивших преступление, защиту граждан от неосновательного привлечения к ответственности,[10].

Однако некоторые следователи настолько привыкают к опеке, что каждое сколько-нибудь ответственное решение стараются согласовать с непосредственным следственным начальником или прокурором. Такая позиция следователей есть ничто иное, как обратная сторона нарушения принципа процессуальной самостоятельности следователя.

Следователь, в соответствии с принципом процессуальной самостоятельности, должен принимать такие решения, в законности и обоснованности которых он полностью уверен; он должен иметь по каждому вопросу свое собственное мнение и не может действовать вопреки своему убеждению и совести. В случае принятия незаконного и необоснованного решения следователь несет за это персональную ответственность наряду с прокурором или руководителем следственного органа, давшими соответствующее указание (требование об устранении выявленных нарушений законности). Вынесение процессуального решения вопреки своему убеждению должно во всех случаях рассматриваться и как нарушение норм процессуального законодательства, и как невыполнение своего служебного долга, и как беспринципность — свойство несовместимое с процессуальным и служебным положением следователя. В этой связи нельзя согласиться с односторонней трактовкой принципа процессуальной самостоятельности следователя — только как право принимать решения по своему внутреннему убеждению. Необходимо подчеркнуть также и обязанность следователя действовать исключительно в соответствии со своими убеждениями[11].

Осуществление принципа процессуальной самостоятельности следователя обеспечивается взаимосвязанной системой нормативных актов, устанавливающих его процессуальные полномочия, принципы оценки доказательств по внутреннему убеждению следователя, законности и обоснованности принимаемых им решений, требование объективности и личной заинтересованности в деле и ряд других.

Существенные гарантии реальности процессуальной самостоятельности следователя содержатся также в нормах материального права — уголовного и административного: обеспечение, например, личной неприкосновенности следователя от посягательства на него в любой форме; определенный порядок назначения, увольнения и привлечения к дисциплинарной ответственности и т. д[12].

Все это дает основание для вывода о наличии в действующем законодательстве системы норм, образующих институт процессуальной самостоятельности следователя. Их определяющая цель состоит в обеспечении законности и установлении объективной истины по расследуемому уголовному делу, ибо в случае постороннего воздействия на следователя или нарушения им самим своего служебного и морального долга — вынести решение только на основе своего убеждения — ставится под удар важная процессуальная гарантия достижения объективной истины.

Интересы укрепления законности и гарантий прав и свобод граждан, попадающих в сферу уголовного судопроизводства, требуют постоянного внимания к повышению престижа и авторитета следственной деятельности. Достигается это на основе укрепления и развития рассматриваемого нами принципа, повышения профессионального мастерства следователей, выполнения поставленных перед уголовным судопроизводством задач.

В связи с изложенным можно сформулировать следующее определение.

Принцип процессуальной самостоятельности следователя — это закрепленное в нормах действующего законодательства положение, состоящее в праве и обязанности следователя принимать все решения по находящемуся в его производстве уголовному делу и материалам самостоятельно, по своему внутреннему убеждению, совести и долгу, отвечая в полной мере за их законность, обоснованность, справедливость и своевременное проведение в жизнь.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации существенно изменил прежний порядок уголовного судопроизводства, в том числе на стадии предварительного следствия. Но эти изменения произошли явно не в сторону укрепления процессуальной самостоятельности следователя.

Если проанализировать и сравнить правовой статус различных участников уголовного процесса, то мы увидим явные ограничения правомочий следователя. Практически от декларированной процессуальной самостоятельности и независимости следователя ничего не осталось. Судебная реформа, проводившаяся в последнее десятилетие, в ходе которой активно высказывались об усилении роли следователя, поднятия его престижа, вселив надежду, ничего от нее не оставила после принятия УПК РФ.

Процессуальную самостоятельность следователя, также и его независимость необходимо отнести к принципам уголовного судопроизводства. Хотя самостоятельность следователя и реализуется главным образом на досудебной стадии, но это не означает, что ее реализация не отражается на осуществление правосудия. Следователь должен принимать решения и действовать по своему внутреннему убеждению и нести полную ответственность за расследование уголовного дела. Из этого следует, что решения должны изначально приниматься следователем самостоятельно даже тогда, когда требуется санкция или согласие судьи и прокурора. Постоянное обращение к чужому мнению, согласования и утверждения не позволяют следователю принимать решения по собственному убеждению. Все это неминуемо скажется на отношении к результатам расследования, его инициативе в решении задач следствия. Без закрепления в законодательстве процессуальной самостоятельности следователя как принципа судопроизводства её реализация представляется довольно призрачной[13].

Поэтому, если на данном этапе не будут обеспечены гарантии деятельности следователя, то это приведёт к дальнейшему обезличиванию этой процессуальной фигуры, снижению престижа этой профессии и утрате профессиональной, действенной категории юристов.

Мы рассмотрели общие вопросы, касающиеся процессуальной самостоятельности следователя. Далее будут рассмотрены вопросы процессуальной самостоятельности следователя в конкретных ситуациях. Для этого необходимо дать развернутую классификацию принимаемых следователем процессуальных решений.

Как уже упоминалось выше ст. 38 УПК РФ определяет объём полномочий следователя в уголовном судопроизводстве. Следователи являются должностными лицами Следственного комитета при прокуратуре, органов ФСБ, ОВД органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (ч.2 ст.151 УПК РФ). Этими полномочиями могут обладать также руководитель следственного органа (ч.2 ст.39) в случае принятия ими уголовного дела к своему производству.

Законодатель в ч. 2 ст. 38 УПК наделяет следователя значительными полномочиями по направлению хода расследования, производству следственных и иных процессуальных действий, которые составляют юридическую основу процессуальной самостоятельности следователя. Следователь имеет право самостоятельно выдвигать и проверять версии, планировать следственные и иные процессуальные действия, собирать, проверять и оценивать доказательства в порядке, установленном УПК. На основании этого можно дать следующую классификацию принимаемых следователем процессуальных решений по критерию процессуальной самостоятельности.

Следователь самостоятельно может принимать следующие процессуальные решения:

- признание доказательства недопустимым (ч.2 ст.88);

- принятие решения о приводе обвиняемого (подозреваемого), а также потерпевшего и свидетеля (ст.113);

- вызов граждан для допроса (ст.187);

- задержание лиц, подозреваемых в совершении преступлений (ст.91), привлечение лица в качестве обвиняемого;

- о выделении из уголовного дела в отдельное производство другого уголовного дела (ч.1 ст.154), о выделении из уголовного дела материалов, содержащих сведения о новом преступлении (ст.155).

Процессуальная самостоятельность следователя непосредственно ограничивается при принятии следующих процессуальных решений:

- возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога;

- возбуждение перед судом ходатайства о производстве следственного действия, для которого необходимо разрешение суда;

- вынесение постановления следователя о прекращении производства по уголовному делу в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ) и деятельным раскаянием (ст. 28 УПК РФ);

- о направлении уголовного дела в суд с обвинительным заключением.

Глава 3. Контроль и надзор за процессуальной деятельностью следователя

Надзор за деятельностью следователя возложен на прокурора. Прокурор наряду со следователем - органы уголовного преследования, сторона обвинения, обвинительная власть. Обвинительной властью называется система правоохранительных органов исполнительной власти государства и прокуратуры - государственных органов уголовного преследования и сумма предоставленных им законом полномочий по осуществлению борьбы с преступностью. Обвинительная власть формирует в ходе предварительного расследования и предъявляет в суде обвинение.

Прокуратура занимает особое место в системе органов обвинительной власти. Прокурор должен быть основным субъектом обвинительной власти, который наделен полномочиями в пределах, определенных законом, распоряжаться полномочиями на обвинение в публичных интересах. Обвинительные полномочия иных государственных органов производны от обвинительной власти прокурора.

Прокурор является руководителем предварительного расследования. Следователь является тем рабочим инструментом, которым обвинительная власть добывает доказательственный материал об обстоятельствах дела, которые имеют существенное значение для решения вопроса о формулировании обвинения и предъявления его лицу, предположительно совершившему преступление.

Поэтому следователь - это помощник прокурора, его "процессуальный агент", с помощью которого он не только исследует фактические обстоятельства дела, но и выполняет иные меры, необходимые для обеспечения предания обвиняемого суду и поддержания в суде обвинения: применение процессуальных мер принуждения; принятие мер по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением; реализация мер по ликвидации причин и условий, способствовавших совершению преступления.

Письменные указания прокурора имеют обязательную силу для следователя, начальников следственных подразделений. Закон допускает возможность обжалования указаний прокурора, что не приостанавливает их исполнение. Ранее ч. 3 ст. 38 УПК содержала исключения, которые составляли указания по ключевым вопросам расследования преступлений, связанным с принятием наиболее важных, имеющих принципиальное значение для уголовного дела решений, по которым позиция следователя считалась основополагающей. Действующая редакция ст. 38 УПК такие исключения не предусматривает.

Уголовно-процессуальные новеллы 2007 г. свидетельствуют уже о том, что законодатель, так увлекшись реформированием процессуального положения прокурора, в итоге продекларировав две ставшие уже традиционными вышеназванные функции, но изменив при этом полномочия прокурора (в сторону их сокращения по отношению к следователю) и расширив полномочия руководителя следственного органа, эти функции так урезал, что появляется сомнение в их реальном существовании.

Как известно, именно функции, осуществление которых возлагается на прокурора Законом о прокуратуре РФ и Уголовно-процессуальным кодексом РФ, определяют правовое положение прокурора в уголовном процессе и обусловливают наделение его соответствующими полномочиями для реализации этих функций. Несмотря на существенные изменения его полномочий, уголовно-процессуальный закон тем не менее возлагает на прокурора выполнение двух функций - уголовного преследования и надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного расследования и оставляет его "основным органом уголовного преследования"[14], который возглавляет всю эту деятельность.

Сложность настоящей проблемы состоит в том, что, с одной стороны, необходимо четко установить правовой статус прокурора, а с другой - создать для следователя как главного должностного лица, осуществляющего досудебное производство, реальные гарантии его самостоятельности. И законодателю трудно решить эту двуединую задачу, не нарушив баланс их процессуальных интересов. Совершенно закономерно законодатель идет на укрепление процессуальной самостоятельности следователя за счет сокращения полномочий прокурора, но почему большую часть этих полномочий он при этом передает руководителю следственного органа, понять трудно.

Полагаем, что находиться в процессуальном подчинении у прокурора - не самая большая беда современного следователя. Гораздо более опасна уязвимость следователя со стороны ведомственного начальства, материального неблагополучия, тяжелых условий работы, непрестижности профессии. Вот в этом плане и правомерно ставить вопрос о защите независимости и самостоятельности следователя.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ обозначил новые вехи в реализации судебной власти в уголовном судопроизводстве, усилив судебно-контрольные гарантии в обеспечении прав участников процесса в досудебном производстве. По мнению автора, судебный контроль за проведением следственных действий и решений прокурора, органов предварительного расследования, ограничения конституционных прав и свобод граждан в уголовном процессе РФ - специфическая уголовно-процессуальная деятельность, направленная на обеспечение соблюдения в уголовном процессе конституционных прав и свобод участников процесса, недопущения их нарушения, восстановления незаконно и (или) необоснованно нарушенных конституционных прав. Исследуемый институт находит свое выражение в качестве как самостоятельных, особых производств, имеющих конкретную направленность и обособленную материально-правовую базу процессуального регулирования, так и закрепления в законодательстве новых процедур в рамках основного производства по делу.

Любое лицо, чьи конституционные права и свободы были незаконно ограничены следователем, органом дознания или прокурором, должно обладать процессуальным правом обжаловать данные действия (бездействие) непосредственно в суд. В данном случае судебный контроль за расследованием выделяется в отдельное, относительно самостоятельное судопроизводство, в котором должны соблюдаться все принципы правосудия.

На важность права подозреваемого и обвиняемого обжаловать действия и решения органов предварительного расследования неоднократно обращалось внимание ученых-процессуалистов[15]. На практике еще редки случаи судебного обжалования действий уполномоченных участников уголовного судопроизводства в ходе досудебного производства. Такое негативное положение объясняется тем, что подозреваемым и обвиняемым не разъясняют сущность их права на жалобы и не обеспечивают реальной возможности для его реализации. Разъяснение права на жалобу является предпосылкой его реализации, что позволит сократить случаи неправомерного лишения свободы таких лиц.

Так, предоставление подозреваемому права на обжалование и судебную проверку законности задержания должно обеспечиваться: необходимостью разъяснения ему сразу в ходе составления протокола задержания его порядка; предоставлением права знакомиться с материалами, направленными в суд в подтверждение законности и обоснованности задержания; возможностью в течение 8 часов с момента поступления материалов в суд принять решение об обоснованности применения этой меры принуждения (по аналогии с принятием решения о применении меры пресечения - заключение под стражу). Верховный Суд РФ, Конституционный Суд РФ обоснованно исходят при разрешении данной ситуации из универсальности норм Конституции РФ об ограничении случаев ареста, заключения под стражу и содержания под стражей (ст. 22).

Существуют различные модели "судебного контроля" на стадии предварительного расследования. Так, во Франции с возникновением указанного института появилась вторая следственная инстанция, следовательно, заинтересованные лица получили дополнительные гарантии обеспечения надлежащего следствия. Более реальным стал принцип состязательности, жизненность которого правоведы связывали с судебным контролем в стадии предварительного расследования, который являлся одним из многочисленных нововведений, преобразовавших УПК Франции 1958 г. в либеральном духе.

В числе концептуальных положений судебной реформы в РФ предусмотрены: создание независимой судебной власти, способной эффективно защитить права и свободы человека и гражданина; расширение доступа к правосудию; обеспечение гражданам квалифицированной юридической помощи. Судебная власть в правовом государстве призвана выполнять функцию защиты прав и свобод личности. В соответствии с ч. 2 ст. 118 Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. "Судебную власть, - справедливо пишет Ю.И. Стецовский, - нельзя сводить лишь к рассмотрению конкретных гражданских и уголовных дел. Защищать права человека, оберегать общество от разрушительных социальных конфликтов способна лишь независимая судебная власть"[16]. Истоком, формулирующим право каждого на защиту путем обращения в справедливый, беспристрастный, независимый суд, принято считать положение Всеобщей декларации прав человека, закрепленное в ст. 10 названного документа: "Каждый человек для определения его прав и обязанностей и для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом"[17]. Это положение в последующем детализируется в ряде других международно-правовых документов. "Независимость судебных органов гарантируется государством и закрепляется в конституции или законах страны. Все государственные и другие учреждения обязаны уважать и соблюдать независимость судебных органов. Судебные органы решают переданные им дела беспристрастно, на основе фактов и в соответствии с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, угроз или вмешательства, прямого или косвенного, с чьей бы то ни было стороны и по каким бы то ни было причинам" - так закрепляют одно из основополагающих начал организации и деятельности судебной системы Основные принципы независимости судебных органов, одобренные Резолюциями Генеральной Ассамблеи 40/32 от 29 ноября 1985 г. и 40/146 от 13 декабря 1985 г[18].

В силу ст. ст. 10, 118 и ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, а также конкретизирующих их ст. ст. 15 и 243 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения или защиты; решая задачи, стоящие перед ним как органом правосудия, суд в то же время создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. В целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного разбирательства в разумный срок суд, в том числе по собственной инициативе, обязан проверять обоснованность применения обеспечительных мер, включая меру пресечения в виде заключения под стражу, а также обеспечивать своевременное рассмотрение вопроса о продлении содержания под стражей до истечения его срока, установленного предыдущим судебным решением.

Судебный контроль образует самостоятельную систему правовых норм и действий, имеющих целью защиту прав личности при применении мер уголовно-процессуального и оперативно-розыскного принуждения, а именно недопущение произвольного, необоснованного ограничения прав личности при расследовании преступлений. Эффективность - это свойство хорошо организованных систем обеспечивать достижение поставленных перед ними целей с минимально допустимым от них отклонением при наименьших затратах. Критериями эффективности судебного контроля являются законность и обоснованность судебных решений о продлении срока задержания, заключении под стражу и его продлении, собирании доказательств, сопровождаемых ограничениями прав личности, а также о справедливом разрешении жалоб на незаконные и необоснованные решения и действия (бездействие) органов расследования и прокурора. Судебные решения такого рода должны быть не только формально законными, но и фактически обоснованными, т.е. опираться на собранные следователем (дознавателем) и проверенные судом данные. Но возможности суда в этом ограничены, так как он на данном этапе судопроизводства лишь с вероятностью предполагает, что санкционированное им ходатайство органов расследования, прокурора приведет к нужному результату; отыскиваемые следователем предметы будут обнаружены при обыске в жилище обвиняемого; арест, наложенный на переписку обвиняемого, контроль и запись его телефонных и иных переговоров и другие принудительные меры приведут к отысканию сведений, имеющих значение для уголовного дела. Но степень обоснованности судебных решений, принимаемых в виде контроля за следствием, должна быть высокой, а иначе вместо судебного контроля воцарится произвол[19]. Определить эту степень довольно трудно. Для этого необходимо провести исследования, в частности установить, как часто судебные решения о применении принудительных мер не исполняются или их исполнение не привело к желаемому результату (например, при обыске ничего не найдено, прослушивание телефона оказалось бесполезным и т.д.). Эти цифры пока остаются служебной тайной, но пора уже их выявить и предать гласности.

Обширный судебный контроль служит преградой для незаконного ограничения прав личности и меняет природу предварительного расследования. Благодаря ему расследование утрачивает следы инквизиции и приобретает свойства современного цивилизованного судопроизводства. Однако столь важные процессуальные гарантии нередко остаются на бумаге и, в сущности, бездействуют. Судьи, как правило, соглашаются с ходатайствами следователей, согласованными с прокурором, и штампуют их без проведения исследования. К ходатайствам довольно часто не прилагаются обосновывающие их материалы. Допросы свидетелей и иные судебные действия на этом этапе процесса законом не предусмотрены. В случаях, не терпящих отлагательства (они в законе не указаны), следователь применяет довольно распространенные меры принуждения (осмотр жилища, обыск и выемку в жилище, личный обыск) без судебного решения, но уведомляет об этом судью и прокурора. Судья может признать проведенное следственное действие незаконным и вынести решение о недопустимости полученных таким способом доказательств (ч. 5 ст. 165 УПК РФ). Однако процедура принятия такого рода судебных решений законом не предусмотрена. Отказ в удовлетворении ходатайств следователей о применении мер процессуального принуждения - довольно редкое явление в судебной практике, и этот важный институт демократически устроенного судопроизводства фактически бездействует.

Второй вид контроля суда за предварительным расследованием вытекает из ст. 46 Конституции РФ, в которой установлено: "Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти... и должностных лиц могут быть обжалованы в суд". Дознаватель, следователь, начальник следственного отдела, прокурор - должностные лица, следовательно, указанная формулировка Конституции распространяется и на них.

Принципиальное значение имело Постановление Конституционного Суда РФ в связи с жалобами В.К. Борисова, Б.А. Кехмана и других, в котором признано право граждан на обжалование в суд бездействия следственных органов, приведшего к необоснованному приостановлению производства по уголовному делу. Из Постановления Конституционного Суда РФ от 29 апреля 1998 г. по делу о проверке конституционности ст. 113 УПК РСФСР следует, что допускается обжалование в суд отказа в возбуждении уголовного дела[20]. Это положение установлено затем в УПК РФ 2001 г. (ст. 125). Но в УПК имеется и общая формулировка, согласно которой могут быть обжалованы в суд решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, прокурора, "которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию". Эта формулировка противоречит ст. 46 Конституции РФ, в которой говорится о возможности обжалования в суд нарушения не только конституционных, но и иных прав и свобод граждан.

Учитывая приведенную формулировку УПК РФ, многие юристы стали утверждать, что не все, а только некоторые права и свободы подлежат защите в судебном порядке. Более того, некоторые даже утверждали, что сам институт обжалования в суд незаконных действий (бездействия) органов расследования и прокуроров следует существенно ограничить, поскольку суды не должны вмешиваться в работу правоохранительных органов и подменять прокурорский надзор за расследованием преступлений[21].

Низкая эффективность судебного контроля подтверждается статистикой. Ходатайства органов расследования и прокуроров о заключении обвиняемых (подозреваемых) под стражу в 2005 г. были удовлетворены судами в 91,8% случаях таких обращений, о продлении срока содержания под стражей - в 98,5%, о помещении лица в стационар медицинского учреждения - в 96,7%, о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц, обыска и (или) выемки в жилище - в 97,8%, о производстве личного обыска - в 99,2%, о производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях, - в 96,8%, о наложении ареста на корреспонденцию, ее осмотре и выемке - в 95,7%, о контроле и записи телефонных и иных переговоров - в 97,0%, о наложении ареста на имущество - в 92,8%. Ходатайства оперативно-розыскных органов о нарушении неприкосновенности жилища удовлетворены в 99,5% случаев обращений в суд. Вместе с тем суды удовлетворили только 27,9% жалоб на действия должностных лиц правоохранительных органов[22].

Изложенное иллюстрируют примеры из практики отдельных судов. Так, по данным за 2003 г., судьями Басманного районного суда г. Москвы было рассмотрено 536 ходатайств правоохранительных органов об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу, из которых 531 ходатайство было удовлетворено. Из 344 ходатайств о продлении срока содержания обвиняемых под стражей удовлетворены 343.

В Республике Татарстан в 2002 г. было заявлено (в порядке ОРД) 1947 ходатайств об ограничении неприкосновенности частной жизни - тайны переписки, телефонных переговоров и др. (ст. 23 Конституции РФ), из них судами удовлетворено 1945 ходатайств[23].

Если все или почти все ходатайства следственных органов суд удовлетворяет, то зачем в таком случае судебный контроль? Надобность в нем, казалось бы, отпадает. И тогда нужно было бы отменить статьи 182, 183, 185 УПК РФ, предусматривающие судебный порядок получения разрешений на производство арестов, обысков и других процессуальных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан, и вернуться к получению прокурорских санкций на право проведения такого рода действий. Но вряд ли кто-нибудь теперь будет отстаивать такую позицию. Высокая удовлетворяемость ходатайств прокуроров и следователей - не признак больших успехов прокуратуры и органов расследования[24], а свидетельство низкой эффективности судебного контроля за расследованием преступлений. Причин здесь несколько. Во-первых, высокая служебная нагрузка судей районного звена (например, в Басманном суде - до 200 уголовных дел в среднем на судью в год). Во-вторых, возложение одной и той же функции на следователя, прокурора и судью (судья надеется, что прокурор, давая согласие на проведение процессуального действия, делает это добросовестно, профессионально и не допускает ошибок). В-третьих, действует принцип солидарности в работе судей и прокуроров, считающих, что их связывает профессиональная обязанность бороться с преступностью и оказывать друг другу в этом содействие. Судья нередко считает, что прокурор и следователь не станут обращаться в суд без нужды и просить разрешения на производство ареста, обыска, другого процессуального действия. Это серьезный дефект правосознания многих судей, возникший в то время, когда суды и правоохранительные органы включались в одну систему, перед которой ставилась единая задача - искоренение преступности[25]. Многие судьи (и даже теоретики права) не понимают, что задача правоохранительных органов - раскрыть преступление законными способами, не причинив излишнего вреда гражданам, а задача суда - проверить, раскрыто ли преступление, и предотвратить необоснованное ограничение прав граждан в ходе расследования. Судья, выступая в роли арбитра, контролера, обязан предъявлять самые высокие требования к качеству следствия, в частности, к законности и обоснованности ходатайств прокурора и органа расследования о производстве процессуальных действий, ограничивающих права граждан.

Введение судебного контроля было украшением судебной реформы в России. Судебный контроль придал российскому судопроизводству значение независимой судебной власти. И вот теперь мы рискуем полным провалом важнейшего достижения судебной реформы и нас подталкивают к пересмотру недавно принятого УПК РФ и даже российской Конституции.

Обеспокоенность, разочарование, скепсис характерны для многих публикаций последнего времени, посвященных судебному контролю. Так, один из основоположников судебной реформы Б.А. Золотухин полагает, что основные идеи реформы судопроизводства в Российской Федерации продекларированы, но не реализованы, т.е. судебная реформа "не удалась", "осталась только в тексте Конституции", в частности, введенный в ходе реформы "судебный контроль за предварительным расследованием стал хуже прокурорского"[26].

Высказывается мнение, что желательно возвратиться к прежнему порядку, когда прокурор санкционировал проведение следственных действий, ограничивавших права и свободы граждан, а суд рассматривал жалобы на санкции прокуроров[27].

По данным одного из социологических исследований, 54,3% опрошенных следователей и дознавателей высказались в том смысле, что для санкционирования следственных действий достаточно прокурорского надзора[28]. По данным другого социологического исследования, 79% опрошенных сотрудников правоохранительных органов заявили, что они против судебного порядка санкционирования следственных действий[29].

Понятно, что следователи и дознаватели критически относятся к судебному контролю, поскольку они, кроме судебного контроля, поднадзорны прокурору и начальнику следственного отдела. Кроме того, им не хватает времени для получения согласия прокурора и решения суда на право проведения следственных действий. Прокуроры относятся к судебному контролю критически, поскольку он потеснил их в сфере охраны прав человека, но в то же время они понимают, что этот контроль пока не вполне эффективен и не представляет для прокуратуры серьезной "угрозы". В этом отношении прокуратура сохраняет прежние ведущие позиции. Судьи отнюдь не с восторгом относятся к возложению на них дополнительного бремени по контролю за расследованием преступлений, поскольку это весьма ответственная и трудоемкая область судебной деятельности, требующая больших усилий и затрат времени.

Таким образом, возникла ситуация, когда реализация идеи судебного контроля наталкивается на ряд серьезных препятствий, в частности на незаинтересованность и даже противодействие некоторых властных структур.

Но путь назад отрезан. Россия усвоила признанный во всем цивилизованном мире институт судебного контроля, ратифицировала Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, где этот институт занимает одно из центральных мест, включила его в Конституцию и Уголовно-процессуальный кодекс. Не отказ от демократических завоеваний, а совершенствование сложившихся правовых форм защиты прав граждан - единственно возможный путь развития российской системы права[30]. Необходимо принятие как минимум следующих мер повышения эффективности судебного контроля:

- уйти от "кабинетного" характера рассмотрения судом ходатайств правоохранительных органов и жалоб граждан; проводить тщательное исследование обстоятельств, влияющих на принятие не только законного, но и обоснованного судебного решения;

- в ходатайствах правоохранительных органов должны указываться доказательства, подтверждающие необходимость проведения того или иного процессуального действия, и эти доказательства должны тщательно исследоваться судом;

- ввести гласность судопроизводства при рассмотрении ходатайств об аресте обвиняемого (подозреваемого), его продлении, домашнем аресте, помещении лица на экспертизу в медицинское учреждение, а также при рассмотрении жалоб на решения и действия (бездействие) должностных лиц;

- ввести обязательное участие прокурора и защитника при рассмотрении судом ходатайств об арестах и других мерах принуждения, связанных с лишением человека свободы;

- исключить возможность поддержания ходатайств в суде дознавателями и следователями (это функция прокурора);

- сообщать в суд о результатах проведения следственных действий, санкционированных судом, для их обобщения и решения вопроса, были ли реализованы на практике судебные решения, вынесенные по ходатайствам правоохранительных органов;

- расшифровать понятие "случаи, не терпящие отлагательства";

- ввести следственных судей по контролю за применением мер уголовно-процессуального принуждения;

- решить в законе вопрос о том, в каких случаях допускается обжалование в суд решений и действий (бездействия) дознавателей, следователей и прокуроров;

- установить в законе четкие процедуры рассмотрения судом ходатайств правоохранительных органов о проведении процессуальных действий, жалоб граждан на решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора, сообщений органов расследования о проведении следственных действий без судебного решения в случаях, не терпящих отлагательства.

По кругу затронутых проблем желательно вынесение постановления Верховного Суда РФ.

Заключение

Следователь - особо уполномоченное государством должностное лицо прокуратуры, органов федеральной службы безопасности, органов внутренних дел, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, которое призвано в пределах своей компетенции осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, а также иные полномочия, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством.

Закон наделяет следователя процессуальными полномочиями по производству следственных действий, по применению мер уголовно-процессуального принуждения и по принятию различных процессуальных решений. При принятии указанных решений следователь обладает процессуальной самостоятельностью. Однако действующим УПК самостоятельность следователя сильно ограничена. Для применения большинства мер процессуального принуждения, а также производства отдельных следственных действий следователю необходимо получить разрешение суда.

Необходимость получения указанного разрешения суда введена по результатам судебной реформы в России, одним из нововведений которой явилась форма судебного контроля при производстве предварительного расследования по уголовным делам. Судебный контроль образует самостоятельную систему правовых норм и действий, имеющих целью защиту прав личности при применении мер уголовно-процессуального и оперативно-розыскного принуждения, а именно недопущение произвольного, необоснованного ограничения прав личности при расследовании преступлений. Обширный судебный контроль служит преградой для незаконного ограничения прав личности и меняет природу предварительного расследования. Благодаря ему расследование утрачивает следы инквизиции и приобретает свойства современного цивилизованного судопроизводства.

С полным введением в действие нового Уголовно-процессуального кодекса только суд вправе принимать решения об ограничении свободы обвиняемого в досудебном производстве: об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста; о продлении срока содержания обвиняемого под стражей; о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы.

Расширяются полномочия суда по контролю за соблюдением прав граждан в досудебных стадиях процесса, возрастает объем возможностей граждан на обращение в суд в случае конфликтных ситуаций в отношениях с органами уголовного преследования. В частности, суд правомочен в ходе досудебного производства рассматривать жалобы на действия (бездействие) прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя в порядке, установленном ст. 125 УПК РФ. Решения в порядке судебного контроля, указанные в ч. 2 и ч. 3 ст. 29 УПК РФ, принимают в ходе досудебного производства судьи районного и военного суда соответствующего уровня.

Однако результаты проведенного исследования свидетельствует о низкой эффективности судебного контроля на сегодняшний день. Введение судебного контроля было украшением судебной реформы в России. Судебный контроль придал российскому судопроизводству значение независимой судебной власти. И вот теперь мы рискуем полным провалом важнейшего достижения судебной реформы и нас подталкивают к пересмотру недавно принятого УПК РФ и даже российской Конституции.

Возникла ситуация, когда реализация идеи судебного контроля наталкивается на ряд серьезных препятствий, в частности на незаинтересованность и даже противодействие некоторых властных структур. На наш взгляд, сущность института судебного контроля за производством предварительного расследования подлежит пересмотру и корректировке.

Список использованных источников

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ (в ред. от11.06.2008г.) // СЗ РФ, 24.12.2001, N 52 (ч. I), ст. 4921.

2. Постановление Конституционного Суда РФ от 23 марта 1999 г. N 5-П // СЗ РФ, 05.04.1999, N 14, ст. 1749.

3. Адигамова Г.З. Прокурорский надзор и судебный контроль при производстве следственных действий // Проблемы правовой защиты общечеловеческих ценностей в современной России / Под ред. З.Д. Еникеева и др. Уфа, 2005.

4. Александров А.И., Величкин С.А., Кириллова Н.П. и др. Уголовный процесс России: Общая часть. – СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2004.

5. Божьев В.П. Уголовный процесс. – М.: Высшее образование, 2006.

6. Божьев В.П., Трусов А.И. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя: история и современность // Проблемы формирования социалистического правового государства: Труды Академии. - М.; Изд-во Акад. МВД СССР, 1991.

7. Булатов В.А. О соотношении судебного контроля и прокурорского надзора на стадии предварительного расследования // Вестник Саратовской академии права. 2005. N 3 (44).

8. Галкин И.С., Кочетков В.Г. Процессуальное положение подозреваемого. М., 1968.

9. Громов Н.А. О принципе процессуальной самостоятельности следователя // Следователь. - М.; Юрист, 1997. № 6.

10. Золотухин Б.А. Все ушли на законодательную базу (беседу вел Леонид Никитинский) // Новая газета. 2004. 29 апреля.

11. Корнуков В.А., Куликов В.А., Манова Н.С. Принцип личной неприкосновенности и его реализация в российском досудебном производстве. Саратов, 2001.

12. Королев Г. Единство и дифференциация функции уголовного преследования // Законность. 2007. N 9.

13. Кузнецова О.Д. Судебный контроль за действиями и решениями должностных лиц и органов расследования: Март // Уголовный процесс, 2005, № 3.

14. Международные акты о правах человека: Сб. документов. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999.

15. Мельников В.Ю. Процессуальная самостоятельность следователя как гарантия защиты конституционных прав и свобод участников уголовного судопроизводства // Юристъ-Правоведъ. № 1, 2008.

16. Муратова Н.Г. Значение судебного контроля в обеспечении законности и обоснованности проведения оперативно-розыскных мероприятий // Ученые записки. Вып. 1 / Под ред. А.П. Гуськовой. Оренбург, 2004.

17. Органы предварительного расследования России: прошлое, настоящее, будущее...: Учебное пособие / Деришев Ю.В.. - Омск; Изд-во Юрид. ин-та МВД России, 1998.

18. Рахунов Р. Д- Независимость судей в советском уголовном процессе. М. 1972.

19. Россов С.А. Судебный контроль законности и обоснованности процессуальных решений на досудебных стадиях уголовного процесса // Деятельность правоохранительных органов и государственной противопожарной службы в современных условиях: проблемы и перспективы развития. - Иркутск: Изд-во Вост.-Сиб. ин-та МВД РФ, 2006.

20. Соловьев А.Б. Соотношение прокурорского надзора и судебного контроля в досудебных стадиях // Соловьев А.Б., Токарева М.Е., Буланова Н.В. Прокурор в досудебных стадиях уголовного процесса России. М., 2006.

21. Стецовский Ю.И. Судебная власть: Учебное пособие. М.: Дело, 1999.

22. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М. 1968.

23. Токарева М.Е. Проблемы регламентации правового статуса основных участников предварительного расследования преступлений // Современные проблемы уголовного права, уголовного процесса, криминалистики, прокурорского надзора: Сборник. М.; СПб.; Кемерово, 1998.

24. Фатальникова Н.Ф. Профессиональная этика сотрудника МВД. Краснодар 1998.

25. Хажнагоев А.З. Процессуальная самостоятельность следователя и прокурорский надзор // Российский следователь. № 6, 2005.

26. Ходункина О.А. О характере взаимодействия суда с иными правоохранительными органами // Судебная реформа в России: Сб. / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М., 2001.

27. Юридический словарь. Под общ. ред. Безлепкина. М. 2002.



[1] Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ (в ред. от 11.06.2008г.) // СЗ РФ, 24.12.2001, N 52 (ч. I), ст. 4921.

[2] Божьев В.П. Уголовный процесс. – М.: Высшее образование, 2006. С. 73.

[3] Мельников В.Ю. Процессуальная самостоятельность следователя как гарантия защиты конституционных прав и свобод участников уголовного судопроизводства // Юристъ-Правоведъ. № 1, 2008. С. 45-50.

[4] Юридический словарь. Под общ. ред. Безлепкина. М. 2002 . С. 438.

[5] Громов Н.А. О принципе процессуальной самостоятельности следователя // Следователь. - М.; Юрист, 1997. № 6. С. 19-21.

[6] Громов Н.А. О принципе процессуальной самостоятельности следователя // Следователь. - М.; Юрист, 1997. № 6. С. 19-21.

[7] Божьев В.П., Трусов А.И. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя: история и современность // Проблемы формирования социалистического правового государства: Труды Академии. - М.; Изд-во Акад. МВД СССР, 1991. С. 118-124.

[8] Органы предварительного расследования России: прошлое, настоящее, будущее...: Учебное пособие / Деришев Ю.В.. - Омск; Изд-во Юрид. ин-та МВД России, 1998. С 49.

[9] Рахунов Р. Д- Независимость судей в советском уголовном процессе. М. 1972. С 18.

[10] Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М. 1968.

[11] Н.Ф. Фатальникова. Профессиональная этика сотрудника МВД. Краснодар 1998 С 79.

[12] Александров А.И., Величкин С.А., Кириллова Н.П. и др. Уголовный процесс России: Общая часть. – СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2004. С. 145.

[13] Хажнагоев А.З. Процессуальная самостоятельность следователя и прокурорский надзор // Российский следователь. № 6, 2005. С. 12-13.

[14] Королев Г. Единство и дифференциация функции уголовного преследования // Законность. 2007. N 9. С. 6.

[15] Галкин И.С., Кочетков В.Г. Процессуальное положение подозреваемого. М., 1968. С. 37 - 38.

[16] Стецовский Ю.И. Судебная власть: Учебное пособие. М.: Дело, 1999. С. 81.

[17] Международные акты о правах человека: Сб. документов. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 40.

[18] Международные акты о правах человека: Сб. документов. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 169.

[19] Россов С.А. Судебный контроль законности и обоснованности процессуальных решений на досудебных стадиях уголовного процесса // Деятельность правоохранительных органов и государственной противопожарной службы в современных условиях: проблемы и перспективы развития. - Иркутск: Изд-во Вост.-Сиб. ин-та МВД РФ, 2006. С. 108-110.

[20] Постановление Конституционного Суда РФ от 23 марта 1999 г. N 5-П // СЗ РФ, 05.04.1999, N 14, ст. 1749.

[21] Токарева М.Е. Проблемы регламентации правового статуса основных участников предварительного расследования преступлений // Современные проблемы уголовного права, уголовного процесса, криминалистики, прокурорского надзора: Сборник. М.; СПб.; Кемерово, 1998. С. 14.

[22]Соловьев А.Б. Соотношение прокурорского надзора и судебного контроля в досудебных стадиях // Соловьев А.Б., Токарева М.Е., Буланова Н.В. Прокурор в досудебных стадиях уголовного процесса России. М., 2006. С. 52 - 53.

[23] Муратова Н.Г. Значение судебного контроля в обеспечении законности и обоснованности проведения оперативно-розыскных мероприятий // Ученые записки. Вып. 1 / Под ред. А.П. Гуськовой. Оренбург, 2004. С. 29.

[24] Соловьев А.Б. Соотношение прокурорского надзора и судебного контроля в досудебных стадиях // Соловьев А.Б., Токарева М.Е., Буланова Н.В. Прокурор в досудебных стадиях уголовного процесса России. М., 2006. С. 52 - 53.

[25] Помощник районного прокурора утверждает, что суд входит в систему правоохранительных органов, для которых установлена "общность задач". Ходункина О.А. О характере взаимодействия суда с иными правоохранительными органами // Судебная реформа в России: Сб. / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М., 2001. С. 31.

[26] Золотухин Б.А. Все ушли на законодательную базу (беседу вел Леонид Никитинский) // Новая газета. 2004. 29 апреля.

[27] Булатов В.А. О соотношении судебного контроля и прокурорского надзора на стадии предварительного расследования // Вестник Саратовской академии права. 2005. N 3 (44). С. 145.

[28] Адигамова Г.З. Прокурорский надзор и судебный контроль при производстве следственных действий // Проблемы правовой защиты общечеловеческих ценностей в современной России / Под ред. З.Д. Еникеева и др. Уфа, 2005. С. 8.

[29] Корнуков В.А., Куликов В.А., Манова Н.С. Принцип личной неприкосновенности и его реализация в российском досудебном производстве. Саратов, 2001. С. 111.

[30] Кузнецова О.Д. Судебный контроль за действиями и решениями должностных лиц и органов расследования: Март // Уголовный процесс, 2005, № 3. С. 25-27.

Скачати

Схожі роботи

2015-11-13

Федеральное законодательство абсолютно определенно устанавливает необходимость регистрации предпринимательской деятельности, в какой бы организационно-правовой форме она ни осуществлялась.

2011-11-06

Китайське право в пореформєний період. Цивільне та суміжні з ним галузі права. Особливості права Японії. Основні тенденції розвитку японського права. Цивільне та суміжні з ним галузі права. Суміжні галузі права. Торгове право. Спільні риси та відмінності у праві Китаю та Японії. Кримінальне право і процес

2014-03-10

Повноваження органів, організацій, посадових осіб з питань громадянства України. Виконання рішень з питань громадянства України.Порядок визнання та зміна громадянства дітей.Підстави і порядок набуття громадянства України, Припинення громадянства України

2015-08-21

На сегодняшний день закономерностью стала зависимость экономических процессов от норм гражданского законодательства. Базой или фундаментом предпринимательства являются договорные отношения, от точного выполнения которых зависит коммерческое благополучие организации или предпринимателя. Нарушение полностью или частично условий договора может привести к нежелательным последствиям в виде несения убытков, потери доверия со стороны партнеров и даже начала процедуры банкротства.

2014-08-05

Праксеологічні та функціональні аспекти конституційно-правового статусу територіальних громад як суб’єкта цивільного права.Статус територіальної громади як суб’єкту місцевого самоврядування та цивільного права.Основи теорії конституційно-правового статусу територіальної громади